В беседе с редактором журнала "БиФ"-Profit председатель Финансово-Торгового Банка А.О. Виктор ХВОРОСТОВСКИЙ рассказывает об итогах работы банка в 1999 г. и называет несколько "мягких" вариантов решения острой для КБ проблемы наращивания СНК.

"БиФ"-Profit: Виктор Иванович, что Вы можете сказать о достаточности капитала "Финкомбанка"?

Виктор ХВОРОСТОВСКИЙ: В прошлом году мы существенно повысили надежность своего банка: достаточность капитала достигла уровня 40-50%, что в несколько раз превышает нормативы НБМ.

"БиФ"-Profit: Какова прибыль по итогам 1999 г?

В.Х: Нам удалось перевыполнить план и по прибыли. Ее чистый показатель превысил 7 млн. леев. Меня больше всего радует соотношение долей источников получения этой прибыли.  Так, наполовину она сформирована за счет комиссионной деятельности, на 30% - от кредитной и на 20% - за счет ценных бумаг, межбанковских кредитов и т.д.

Признаюсь, что на протяжении 1999 г. мы не старались широко кредитовать заемщиков и за счет этого наращивать доходы. В банке старались искать доходы от других менее рисковых банковских операций.

Да, мы на 30% не выполнили план по доходам от кредитования. Несмотря на это сумма просроченных кредитов возросла с 2 млн. леев на начало 1999 г. до 5 млн. леев на конец года. Если говорить реально, то сумма просроченных кредитов, которые, в принципе, взыскать уже вряд ли удастся, составляет не более 10-15%. Что касается оставшихся 4,5 млн. леев просроченных кредитов, то мы имеем реальные высоколиквидные залоги и дела по должникам сейчас находятся в судах.

Более того, у нас по некоторым залогам уже сейчас   имеются конкретные покупатели, но из-за судебной волокиты, рассмотрение дел затягивается до полутора-двух лет. Мы считаем это полнейшим правовым беспределом.

"БиФ"-Profit: Кредитования в планируемых объемах не произошло из-за отсутствия заемщиков или же по другим обстоятельствам?

В.Х.: Просто многие заемщики не удовлетворяли тем требованиям, которые банк предъявляет к ним при кредитовании. Причины известные - это отсутствие залогов, или наличие  каких-то теневых оборотов. В Финкомбанке крайне негативно относятся к кредитованию такой категории заемщиков.

Кредит   подобен маслу в двигателе внутреннего сгорания, чтобы его механизмы исправно работали, и чтобы его не заклинило от расширения и нагревания.  Однако если двигатель заржавел, то в него можно лить сколько угодно масла – это бесполезно.

"БиФ"-Profit: Банки особо ощущают тенденцию ухода экономических агентов из легального сектора экономики в нелегальный. Банковский сектор все меньше и меньше обслуживает реальный бизнес. При этом даже называются цифры о том, что КБ обслуживают только 30-35% всего легального бизнеса.

В.Х.: Да, об этом говорят многие, но для конкретного анализа надо располагать официальными данными. Мы, действительно, сталкиваемся с тем, что многие предприятия имеют часть бизнеса в теневом секторе экономики.

"БиФ"-Profit: Как Вы относитесь к тому, что КБ привлекают средства под 28-32% годовых, а затем размещают их в ГЦБ с доходностью 18-24% годовых.

В.Х.: Крайне спокойно. Поскольку кредитовать сегодня мало кого возможно,  у КБ создается излишняя ликвидность. Хочет банк этого или нет, но свои средства ему надо куда-то девать. Поэтому ГЦБ - одна из отдушин, куда можно направлять средства.

Должен заметить, однако, что страдают от этого не только КБ, но и вкладчики. Если мы принимаем от них средства под 30%, а вкладываем под 15-18%, то получается диспропорция в процентной ставке. Причина такого явления известна - некуда вкладывать деньги. В нормальной ситуации КБ должны направлять ликвидные средства в реальный сектор экономики. Но он сегодня невосприимчив к столь большим объемам кредитования.

"БиФ"-Profit: Выходит, что КБ должны искать новые формы и методы для применения своей ликвидности.

В.Х.: Мы в Финкомбанке разрабатываем различные сценарии того, как банк должен вести себя в подобных ситуациях. Мы начали искать новые рынки и нетрадиционные механизмы для кредитования. Так, например, Финкомбанк начал и продолжает успешно реализовывать программу ипотечного кредитования земли. Здесь мы тесно сотрудничаем с американскими компаниями  CitizensNetworkForForeignAffairs и Booz Allen & Hamilton.

Что касается нетрадиционных механизмов кредитования, то у нас есть контракт с USAID. После двух лет изучения Финкомбанка агентство будет предоставлять банку гарантии для целенаправленного кредитования малого и среднего бизнеса.

"БиФ"-Profit: Как в "Финкомбанке" намерены решать проблему наращивания СНК?

В.Х.: Вопрос крайне тяжелый. Инвесторов внутри страны нет. Как я уже говорил выше, работающий в теневом секторе капитал мы не очень приветствуем в нашем банке. У старых акционеров положение такое, что они не в состоянии нарастить СНК банка в тех пределах, которые установил НБМ. А что касается серьезных иностранных инвесторов, то мало кто из них торопится вложить $1млн. для наращивания капитала молдавского банка.

Хотя нам и сейчас поступают предложения дать деньги для увеличения СНК, но при условии, что они будут зафиксированы в СКВ. Речь идет о том, чтобы средства инвестора зависели лишь от результатов работы банка, а не от макроэкономической ситуации в Молдове в целом.

"БиФ"-Profit: Иными словами, потенциальный инвестор не желает, чтобы его постигла та же участь, что и все молдавские банки после девальвации лея?

В.Х.: Совершенно верно. В 1998 г. капитал "Финкомбанка" приближался к $4 млн. Однако сейчас, несмотря на удвоение капитала в леях, мы едва приближаемся к прежней цифре. А кто может гарантировать, что аналогичная ситуация с девальвацией лея не повториться вновь?

Инвестор смотрит на результаты нашей работы и видит, что дивиденды в леях при перерасчете на доллары достигают примерно 20% годовых. Инвестора это вполне устраивает. Он согласен давать средства на пополнение СНК.

"БиФ"-Profit: Выходит, что сейчас перед мелкими и средними КБ два выхода - слияние или поиск иностранного инвестора?

В.Х.: Нет, это далеко не единственные варианты для решения проблемы СНК. К примеру, иностранный инвестор, несмотря на все сложности и кризис в нашей экономике, согласен работать с Финкомбанком. Правда, он настаивает на создании ему необходимых условий, среди которых значатся: программа развития банка до 2003 г., доказательства нормального состояния банка и, наконец, третье условие - так называемый субординированный займ. Инвестор может подписать с банком документ, в котором он дает Финкомбанку средства в виде субординированного займа с правом его переоформления в акции банка.

"БиФ"-Profit: Расскажите чуть подробнее об этом.

В.Х.: Субординированный займ - это нечто вроде части уставного капитала, который в случае банкротства банка покрывает все выплаты по обязательствам и займам. Такой вид долга означает, что банк обязан вернуть деньги кредитору или инвестору только после того, когда он рассчитается по всем своим обязательствам перед вкладчиками.

Такому кредитору банк выплачивает деньги в последнюю очередь, правда, перед выплатами акционерам банка. Такой займ дается на длительный срок - 5-7-10 лет с выплатой определенной процентной ставки.

Каждый вкладчик, зная, что  его банк получил субординированный займ от солидного иностранного инвестора, имеет дополнительную гарантию возвратности его средств при каких-либо негативных обстоятельствах.

"БиФ"-Profit: Какова реакция НБМ на вариант решения проблемы СНК при помощи субординированного займа?

В.Х.: В 1997 г. Нацбанк разрешал наличие субординированных займов. Они включались в капитал второго порядка, правда, в сумме, которая не должна превышать 50% от капитала первого уровня.

Совершенно очевидно, что, получив разрешение НБМ на получение субординированного займа, Финкомбанк решает несколько принципиально важных проблем: привлекает на рынок Молдовы солидного и известного инвестора, приличные денежные средства в СКВ, повышает доверие к молдавским банкам в целом, выполняет требование НБМ по нормативу СНК.

"БиФ"-Profit: У вас, наверняка, существуют еще какие-то варианты решения проблемы СНК?

В.Х.: Да, мы готовим предложения к НБМ по решению проблемы капитала. Первое предложение - финансовое, второе - юридическое. Мы предлагаем вести речь не о слиянии мелких и средних банков, а об объединении, которое предполагает другие формы. Мы, к примеру, предлагаем объединение банков на базе холдинга. Речь идет о кооперации двух-пяти банков. Лучше, чтобы это были банки, которые уже сегодня имеют определенные отношения и доверие.

Такие банки объединяют капитал, балансы, нормативы, но только внутри холдинга. При этом, однако они несут взаимную ответственность друг за друга. Если, скажем, у одного банка появляются финансовые проблемы, то другие обязаны эти проблемы закрыть. Между собой банки все эти процедуры прорабатывают до мелких деталей. Но при всем этом они не теряют своей самостоятельности.

"БиФ"-Profit: А как в холдинге будут поступать с прибылью?

В.Х.: Прибыль каждого банка остается в его распоряжении, разве что какие-то отчисления будут идти на содержание контролирующих и координирующих органов в холдинге. Каждый банк делает бизнес так, как он хочет, правда, в пределах тех процедур и нормативов, которые будут выработаны холдингом.

"БиФ"-Profit: Создание холдингов, видимо, потребует изменения закона о финансовых учреждениях?

В.Х.: К сожалению, такой юридической формы в законе нет, речь идет только о слиянии банков. Сегодня вести речь об объединении очень сложно. Никто к этому в банках не готов. Видимо, надо поработать в другой форме. К примеру, из холдинга сливаться легче, да и логичнее.

Я считаю, что оба варианта решают вопросы укрупнения капитала банков, усиления банковской системы, привлечения иностранных инвестиций в банковский сектор. Так, потенциальный инвестор Финкомбанка заявил, что если в Молдове будет образован такой банковский холдинг, то он будет еще привлекательнее для дальнейших инвестиций.